Mary Juliet
Все еще впереди!
***
В своих романах о комиссаре Мегрэ писатель Жорж Сименон раскрывает своего героя как мудрого и доброго полицейского. Комиссар в какой-то степени сливается с фольклорными, народными представлениями о сказочном добром волшебнике, которые может спасти людей, попавших в беду, что и придало его фигуре особую поэтичность, сделало Мегрэ как бы живым воплощением мечты автора о народном защитнике. Именно поэтому литературный критик Э. Л. Шрайбер назвал комиссара Мегрэ «адвокатом человеческих судеб».
Рассказы Сименона резко отличаются от привычных для нас детективов, где главный вес несут вещественные улики и действуют образы угрюмых сыщиков. Детективное повествование сливается у Сименона с социально-критическим анализом, потому что метод Мегрэ строится на принципе тщательного изучения среды, характеров, обстановки. Без этого Мегрэ и вместе с ним читатель не могут раскрыть преступление. В рассказах с открытием внутренних конфликтов среды, развернутыми характеристиками действующих лиц, широкой картиной ведения следствия по методу Мегрэ, лишь мельком представляется картина домашней среды комиссара. Хоть эти эпизоды с мадам Мегрэ мимолетны, но все же этого хватает, чтобы у читателя возникла симпатия к чете Мегрэ. На основе изучения характеров комиссара и его жены, тех редких домашних сцен, я написала этот небольшой набросок, главным сюжетом которого является домашний уют и забота о своем муже мадам Мегрэ.
***
Еще с вечера Мегрэ почувствовал противный привкус простуды. Две недели подряд на улицах Парижа стоял густой туман, и даже резкий холодный ветер не мог разогнать эту пелену.
Когда жена, принеся утреннюю чашку кофе, коснулась его плеча, Мегрэ испытал, как в детстве, соблазн пожаловаться на недомогание, чтобы ему разрешили еще немного поваляться в теплой постели.
Голова болела, ломило в висках. Лоб покрылся испариной. Оконные стекла заливал ровный белый свет, словно они были матовые.
Мегрэ выпил кофе и решил вставать. Он взял свою трубку и закурил. Ворча, подошел к окну взглянуть, что делается на улице. По Лешар-Ренуар в тумане мелькали редкие прохожие, засунув руки в карманы, спешили на метро.
Все еще не стряхнув с себя сон, Мегрэ допил кофе, а затем долго стоял под душем. Потом побрился, думая о Жоссе, образ которого неотступно преследовал комиссара.
Почти месяц он вел дело о Адриане Жоссе. Его обвиняли в убийстве своей жены. Месяц Мегрэ допрашивал этого человека, и с каждым разом убеждался, что он не способен на убийство. « Вот человек стоит перед тобой, кажется нормальным, способен ли он убить?...Его поведение, дрожащий голос, умоляющий взгляд … . Нет, Жоссе слишком любил свою жену, убийца не он. Но его осудят, все улики против этого человека.» Эти мысли часто повторял сам себе Мегрэ, он был измучен этим делом.
- Как ты себя чувствуешь?
- После второй чашки кофе буду окончательно в порядке.
- А все-таки прими аспирин и поменьше выходи сегодня на улицу. Я сейчас вызову такси по телефону.
Половину дня Мегрэ заставлял себя копаться в бумагах насчет следствия. Голова не переставала болеть, насморк не давал покоя, несколько раз прошибал пот.
Комиссар вызвал своего инспектора юного Ляпуэнта.
-Ты сейчас свободен?
-Да, патрон.
- Поедем сейчас еще раз на улицу Лопер, я хочу снова осмотреть дом Жоссе.
Натянув тяжелое черное пальто и обернув шею синим шерстяным шарфом, связанным женой, Мегрэ плотно набил трубку и вышел.
Около часа он ходил по улице Лопер, осматривал старый дом. Но ничего нового не было. Простуда взяла верх, и комиссар вернулся в машину. Несколько минут Мегрэ непрерывно кашлял и сморкался, лицо его побагровело, их глаз текли слезы.
- Прости, малыш, я уже с утра чувствовал, что мне не избежать гриппа. Поехали ко мне домой.
Госпожа Мегрэ удивилась необычайно раннему возвращению мужа.
- Ты что, заболел?
На лице у Мегрэ выступили капельки пота, лоб у него был горячий, свет резал глаза..
- Боюсь, что у меня грипп. Опять некстати!
- Все дело Жоссе?
Как обычно, Мегрэ редко рассказывал жене о роботе, она и на этот раз только из газет и радио знала, что следствие ведет ее муж.
Мегрэ разделся, влез в пижаму и тяжело опустился в кожаное кресло.
- У тебя рубашка хоть выжимай. Измерь-ка температуру.
Госпожа Мегрэ принесла из другой комнаты термометр, и комиссар пять минут послушно держал его во рту.
-Сколько?
- Тридцать восемь и четыре.
- Почему бы тебе сразу не лечь? Позволь, я позвоню Пардону.
- Не стоит его беспокоить по пустякам, у него и без меня больных хватает. Ты же знаешь, как редко ему удается спокойно пообедать.
Мегрэ не любил обращаться к врачам, особенно не любил беспокоить своего старого друга Пардона.
- Я постелю тебе.
- Постой-ка. Ты же мне обещала оставить тушенной капусты?
- Но не теперь же есть! На ночь это тяжело, а ты к тому же нездоров.
- Все-таки разогрей. И не забудь подбавить шпику.
Он переоценил свой аппетит. Есть ему не хотелось вовсе, и он тут же отодвинул тарелку. Ложиться в половине седьмого вечера тоже не было в его привычках, но он сделал это. Жена принесла ему две таблетки аспирина
- Что бы тебе такое еще принять? Помнится, в последний раз Пардон прописал тебе лекарство , которое очень помогло.
- Совсем забыл какое.
- Ты серьезно не хочешь, чтобы я ему позвонила?
- Да, не хочу. Закрой шторы и погаси свет.
Через десять минут Мегрэ основательно вспотел, и мысли у него начали расплываться. Чуть позже он уснул.
Ночь тянулась долго. Мадам Мегрэ не спала, постоянно прислушивалась к тяжелому дыханию мужа и трогала рукой горячий лоб. Несколько раз Мегрэ просыпался, и снова впадал в дремоту, не слышал – или это ему только казалось? – голос жены. Вдруг он увидел ее в своей кровати, она держала чистую пижаму.
- Ты весь мокрый. Надо сменить белье. Перейди на минутку в кресло - я перестелю.
Мегрэ послушно сел в кресло. В глазах рябило. Он снова лег, и теперь ему привиделось, что он стоит в доме Жоссе. Андреа спит на кресле, а какой-то человек проходит мимо в комнату жены.
Очнувшись, Мегрэ с облегчением увидел, что уже утро. Комната наполнилась сероватым светом, из кухни доносился запах горячегок кофе.
- Проснулся?
Мегрэ уже не потел. Он ощущал усталость, но недомогание прошло.
- А где мой кофе?
Комиссару показалось, что он давно не пил такого вкусного кофе и неторопливо опорожнил чашку.
- Передай, пожалуйста, трубку и табак. Какая сегодня погода?
- Чуточку туманно, но не так, как вчера. Скоро обязательно выглянет солнце.
Прежде чем подать мужу трубку, госпожа Мегрэ протянула ему термометр. Он послушно сунул его под язык.
— Температура нормальная: тридцать шесть и пять.
- Хорошо, что ты пропотел.
Покурив, Мегрэ выпил вторую чашку кофе.
- Может быть, ты хоть денек посидишь дома?
Комиссар ответил не сразу. Он колебался. До чего же приятно лежать в теплой кровати, когда у тебя уже не болит голова.
К десяти утра Мегрэ выпил три больших чашки кофе. Комнату наполнял синий табачный дым.
- Что ты надумал?
- Буду вставать.
- Решил идти на службу?
- Да. .
Она не возражала, зная, что это бесполезно.
- Позвонить, чтобы кто-нибудь приехал за тобой?
- Отличная мысль! Но Лапуэнта нет на месте. Спроси, не свободен ли Жанвье? Нет, совсем забыл: он на задании. Вот Люка, должно быть, свободен.
Оказавшись на ногах, он почувствовал себя хуже, чем в постели. Голова слегка кружилась. Рука с бритвой дрожала, и Мегрэ чуточку порезался.
-Надеюсь, к завтраку приедешь? Что толку, если ты всерьез свалишься?
Госпожа Мегрэ была права, но комиссар уже не мог сладить с собой. Жена обернула ему шею толстым шарфом и проводила до лестницы. У подъезда уже ждала машина.
-Доброе утро, Люка. Начальство спрашивало обо мне?
-Я доложил, что вчера вы скверно себя чувство¬вали.
-Что нового?
-Лапуэнт весь вечер гонял по городу со списком, с утра убежал опять. Куда вас везти?,
-На набережную Шарантон.
Машина уехала, а мадам Мегрэ минуту постояла у окна.
- Он заботится больше о свих подозреваемых, чем о себе.
Тяжело вздохнув. Она пошла на кухню готовить обед: жаркое с сельдереем и пюре – любимое блюдо ее мужа.